Чем поможет Bankro.TECH? Опыт «Сбербанка»

В России в процедуре банкротства находятся более 40 тысяч компаний и около 44 тысяч граждан. В каждой процедуре...

«Вирус стоит поблагодарить»: на ПМЮФ обсудили процедуру банкротства в условиях пандемии

Зарубежные и российские эксперты обсудили мораторий на банкротство, внеконкурсное оспаривание, а также субординацию займов, предоставленных акционерами в период...

Судебные и арбитражные разбирательства за рубежом: как повысить шансы на успех?

Осознанный выбор форума и учет всех особенностей разбирательства – залог успешного рассмотрения будущего спора. На что стоит обращать...

Брачные договоры и товарные знаки: 2021 год глазами юристов

Как юристы оценивают события уходящего года и полученный опыт, какие тенденции сумели закрепиться в праве и обществе за...

«Общение с проверяемым по Скайпу – тоже мера контроля»: на ПМЮФ проанализировали изменения в работе контрольно-надзорных органов

Как в России в условиях борьбы с коронавирусом меняются подходы к надзору и контролю? Внедряются ли новые регуляторные...

Тайное и явное: как защитить информацию в сделках M&A

Важным этапом сделок M&A становится заключение non-disclosure agreement (NDA), или договора о неразглашении информации о компании, которую одна...

Успешная сделка M&A: рецепт максимизации стоимости

Как влияет на сделку оценка корпоративной культуры и почему далеко не всем участникам рынка слияние приносит прибыль, выяснили...

Параллельный импорт: проблемы правообладателей в России

История легализации параллельного импорта, то есть ввоза продукции на территорию страны сбыта без разрешения правообладателя, длится в России...

«Пробелы в законодательстве делают жертву беззащитной перед агрессором»: интервью о гендерном неравенстве

О проблеме сексизма и дискриминации по половому признаку говорят все чаще, а борьба с ограничениями становится масштабнее. Однако...

Как НКО сократить корпоративные риски? Пять принципов

Для эффективного функционирования некоммерческим организациям следует соблюдать пять основных принципов. Об этом в рамках ПМЮФ 9 ¾ сообщил...

Дикий Запад / Wild West

Старший научный сотрудник Brennan Center for Justice Кэролайн Фредриксон рассказывает о том, почему американская практика найма «независимых подрядчиков»...

Новые детские пособия и нулевая ставка для IT: новости уходящей недели

Запрет на покупку валюты, второй пакет антикризисных мер и новые денежные пособия на детей. О главных новостях этой...

Правило привратника: должны ли юристы бороться с отмыванием денег?

К борьбе с легализацией преступных доходов подключены не только финансовые организации, но и представители правовой сферы – юрисконсульты,...

Цифровизация и закон: что действительно упростит процедуру банкротства

Цифровые технологии более 10 лет внедряются в отрасль банкротства. Сервис для арбитражных управляющих запустили в 2004 году, электронные...

Миллениалы-присяжные: как юристы убеждают их в своей правоте?

Поколения меняются, и старые добрые устные аргументы уже не могут убедить присяжных. Американские юристы оценили возрастные изменения и...

«Проверять отдельно каждый случай»: почему пандемия – не абсолютный форс-мажор

Является ли пандемия коронавируса обстоятельством непреодолимой силы – разговоры на эту тему в последний месяц не утихают в...

«Лайфхак для всех – договаривайтесь сейчас»: на ПМЮФ обсудили исполнение договоров во время пандемии

В рамках ПМЮФ 9½ прошла сессия о влиянии актов государственных органов в связи с пандемией на исполнение договорных...

Чувство этики: зачем юристам прислушиваться к эмоциям

Мы привыкли, что чувства и эмоции могут помешать нашей работе, однако американский юрист Ронда Муир готова поспорить с...

Адвокат Колотович: ответственность за падение наледи с балкона – на собственнике

Ответственность за падение снега и наледи с балкона или окна квартиры лежит на ее собственнике, но проводить уборку самостоятельно не следует, рассказала агентству “Прайм” адвокат...

Читаю мысли: как аналитика данных предсказывает решения судей

У технической революции в правовом поле есть не только минусы, но и глобальные плюсы. Искусственный интеллект и грамотная...

Парадокс конкуренции. Как доказать доминирующее положение на рынке?

Ежегодно в России и за рубежом множество компаний, в частности, крупных корпораций, попадают в число ответчиков по антимонопольным делам. Всему виной — злоупотребление доминирующим положением на рынке. Как правильно интерпретировать 10-ю статью закона «О защите конкуренции» и в чем состоит нарушение, рассказала адвокат Екатерина Смирнова.

Диспозиция нормы

В 2017 году американскую компанию Google оштрафовали на 2,42 миллиарда евро за осуществление экспансии на смежные рынки и злоупотребление своим доминирующим положением. Решение было принято Еврокомиссией. Спустя 12 месяцев ситуация повторилась — счета корпорации опустели уже на 4,34 миллиарда евро. Ей вменили навязывание антиконкурентных условий производителю Android и мобильным операторам с целью обеспечить максимально широкое использование поисковиков Google.

Это не единственный пример, при том, что мировые гиганты могут себе позволить комплаенс-программы и консультантов, которые рассказывают про все подводные камни. Как объясняет адвокат, руководитель практики «Антимонопольное право» в адвокатском бюро «Иванян и партнеры» Екатерина Смирнова, сложность во многом исходит из самой нормы о злоупотреблении доминирующим положением, хотя со стороны она выглядит довольно ясно и понятно.

Согласно статье 10 закона «О защите конкуренции», запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего объекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих объектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

Чтобы вменить нарушение, необходимо наличие трех элементов, говорит Екатерина Смирнова. Первое — нужно доказать наличие доминирующего положения. «Злоупотребление может состоять, например, в отказе от заключения договора, и здесь этой переходной чертой является именно наличие доминирующего положения. Если этот статус не относится к субъекту, он имеет право отказаться от заключения договора, потому что здесь вступает в действие принцип свободы договора», — объясняет адвокат.

Второй элемент — сам факт злоупотребления своим положением. Как подчеркивает Екатерина Смирнова, само по себе доминирующее положение законно. По сути, целью любой конкуренции является монополия, ведь конкурируя с другими игроками на рынке, производитель стремится увеличить свою долю, стать максимально большим производителем и иметь максимально широкий охват потребителей. Именно поэтому в момент злоупотребления доминирующим положением вступает в силу парадокс конкуренции.

«Стремление стать доминантом абсолютно законно. Это естественно и, более того, поощряется государством. До определенного момента. Когда предприниматель достигает определенных порогов значений, ему говорят: «Стоп, вот сейчас мы играем по другим правилам. Налоги — хорошо, рабочие места — хорошо. Но мы на тебя как субъекта, занимающего доминирующее положение, будем возлагать дополнительную ответственность. Условно, бизнесмену уже нельзя делать то, что можно было делать еще вчера», — объясняет эксперт.

Третий элемент — это наступление или возможность наступления последствий злоупотребления. Наконец, когда уже ясно, что есть нарушение, необходимо доказать причинно-следственные связи между действием и последствиями, которые наступили или могли наступить. Это четвертый элемент, добавляет Екатерина Смирнова.

Количественные и качественные характеристики доминирующего положения

Установить, занимает лицо доминирующее положение на рынке или нет, можно через количественные и качественные характеристики. Количественные характеристики определяются долей на рынке. Как рассказывает адвокат, здесь законодатели вводят несколько презумпций о том, какие пороговые значения являются показательными.

Так, если хозяйствующий субъект занимаете долю на рынке свыше 50%, он доминант. «Причем важно помнить, что эта презумпция оспоримая. Согласно 10-й статье, хозяйствующим субъектам разрешено опровергать доминирующий статус даже с такой долей присутствия», — разъясняет адвокат.

Если доля на рынке не превышает 35%, доминирующего положения нет. Данная презумпция не подлежит оспариванию, однако существует ряд исключений, уточняет эксперт. Например, если в деле замешано коллективное доминирование или применяются нормы из других законов (Закон о связи, Кодекс внутреннего водного транспорта и другие).

«В середине есть серая зона, от 35 до 50%. Законодатель говорит, что антимонопольный орган может признать положение на рынке доминирующим, исходя их неизменной или подверженной малозначительным изменениям доли на товарном рынке, относительно размера долей на этом рынке, принадлежащим конкурентам, возможности доступа новичков, либо исходя из иных критериев», — добавляет Екатерина Смирнова.

Есть и другие презумпции, которые устанавливает законодатель:

  • Если хозяйствующий субъект — субъект естественной монополии, то он занимаете доминирующее положение.
  • Компания, которой владеет физическое лицо или юрлицо, не может занимать доминирующее положение, если выручка от реализации товаров за последний календарный год такого хозяйствующего субъекта не превышает 400 миллионов рублей. Исключения: группа лиц, финансовая организация, субъект естественной монополии, если в составе учредителей или участников есть юрлицо, либо если в уставном капитале имеется доля РФ, субъекта РФ, муниципального округа.

Что касается качественных характеристик, их всего три, и для установления доминирующего положения достаточно доказать один элемент. Первая качественная характеристика — возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на рынке: на цену, ее дифференциация для разных потребителей, создание дефицита и так далее.

Второе условие — возможность устранять с товарного рынка других хозяйствующих субъектов. Тактики могут быть абсолютно разные: например, монопольно низкая цена, чтобы конкурент разорился, а вы остались на рынке единственным производителем, приводит пример Екатерина Смирнова.

Последнее условие предполагает наличие возможности затруднять доступ на товарный рынок другим хозяйствующим субъектам. Например, это может быть случай, когда производитель работает с покупателями только на основании долгосрочных договоров с условием об эксклюзивности.

Как отмечает адвокат, крайне важно понимать, что определение доминирующего положения никак не связано с долей хозяйствующего субъекта на этом рынке. «Такой презумпции лучше не допускать. Во-первых, потому что она не соответствует закону. Во-вторых, закон сам говорит, что доминирование определяется через качественные характеристики. В-третьих, доля на рынке не всегда равна рыночной власти», — поясняет эксперт.

Соответственно, допускать наличие рыночной власти, а также возможность ей злоупотреблять можно только при наличии достаточных оснований, определенных с использованием качественных и количественных характеристик доминирующего положения, резюмирует Екатерина Смирнова.

Какие существует ключевые проблемы в применении статьи 10 закона «О защите конкуренции» и как меняется антимонопольное регулирование в digital-эпоху? На эти и другие вопрос Екатерина Смирнова ответила в своей лекции «Статья 10 о защите конкуренции: злоупотребление доминирующим положением на рынке».

Источник фото: pixabay.com

Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
guest